"Восточно-Сибирская правда" от 8 января 1988г.	В отдельном окне

Байкал у нас один

Право на исследование, или О том, что можно и чего нельзя делать на Байкале

Как приблизиться к ответу на вопрос, где пределы Хозяйственного освоения байкальского региона?

Когда он ставится, многие люди говорят, в основном, о Байкальском целлюлозно-бумажном комбинате. Вероятнее всего потому, что в его названии зафиксировано — “Байкальский” и стоит он прямо на берегу озера. По ряду причин у БЦБК и сейчас находятся “защитники”. Да, очистные сооружения его — по союзным меркам — неплохие. Да, сами по себе стоки этого производства в момент их выброса относительно малотоксичны. .Но нельзя забывать об их значительном объеме и о том, что вещества, выпадающие из них в осадок, приводят к появлению пятен мертвой зоны на дне, при разложении которых возникают более токсичные продукты. И человек с непредвзятым мнением, побывавший хоть раз на территории этого комбината, надышавшийся тошнотворным воздухом, наглядевшийся йа плошадри, заваленные шламлигнином,поймет всю своевременность и глубину постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 13 апреля 1987 года, где однозначно предусмотрено: комбинат перепрофилировать! И будет бороться с подобными творениями индустрии и впредь. Но нельзя забывать, что БЦБК — это лишь одно из многих предприятий, отравляющих Байкал. Ведь вода в озеро попадает не только непосредственно с его берегов, а со всего водосборного бассейна, с которым оно составляет одно целое. Площадь этого бассейна — полмиллиона квадратных километров, территорий, принадлежйш.их Монголии, Бурятии, Читинской и Иркутской областям. При этом по насыщенности промышленными предприятиями река Селенга — главный приток Байкала — скоро, пожалуй, сможет приблизиться к иным европейским рекам. В нее, в частности, сбрасываются стоки Селенгинского целлюлозно-картонного комбината, обладающего худшей по сравнению с БЦБК системой очистки; сточные воды цементных заводов, нефтебаз, многих других предприятий, не говоря уже о больших объемах бытовых сточных вод городов Улан-Батора и Улан-Удэ. Промышленное освоение зоны БАМа также повышает вероятность поступления в Байкал загрязняющих веществ. Пуск ГРЭС КАТЭКа неизбежно связан с выбросом пыли и газов в атмосферу, а, следовательно, и с попаданием в Байкал ряда дополнительных загрязнений. Поэтому, если смотреть реально, то, к сожалению, следует заключить, что полное прекращение загрязнения Байкала в ближайшее время маловероятно. Закрывать на это глаза и возмущаться самой постановкой вопроса об оценке “самоочистительного потенциала Байкала”, как это делает сотрудник нашего института В. Максимов (“Восточно-Сибирская правда” от 5.08. 1987 г. и “Советская молодежь” от 20.06 1987 г.), — значит уподобляться страусу, который прячет голову в песок и считает, что его не видно.

Для того, чтобы требовать сворачивания, запрета той или иной хозяйственной деятельности в байкальском регионе или предлагать альтернативные варианты, необходимо иметь убедительные количественные данные о масштабах возможного отрицательного влияния предприятия на водоем и вероятного экономического ущерба. И здесь у нас налицо серьезное отставание, о чем, в частности, говорится и в апрельском постановлении. Важным инструментом для получения этих данных и прогнозов может служить математическое моделирование.

В своей статье в “Советской молодежи” В. Максимов запальчиво критикует роль моделей в природоохранных мероприятиях, отмечая, что в экологии абсолютно точной, достоверной информации нет и не может быть! А следовательно, какой может быть разговор об использовании в ней математического моделирования?

Думается, такое отношение к применению математики в науках о природе не ново. В свое время близкие мысли выражал печально прославившийся академик-мракобес Т. Д. Лысенко. “Мы, биологи, —говорил он, — не желаем подчиниться слепой случайности (хотя бы математически и допустимой) и утверждаем, что биологические закономерности нельзя подменять математическими формулами и кривыми”.

Восточно-Сибирским и Бурятским филиалами СО АН СССР и хозрасчетным научным объединением Мннвуза РСФСР разработано постановление об организации работ по комплексной программе “Моделирование ресурсо-экономических региональных систем” (“Регион”). Одним из ее разделов является подпрограмм? “Байкал”, целью которой является построение' математической модели антрёпогенной динамики озера. В числе исполнителей этих работ и наш Институт биологии при ИГУ.

Сотр удникам и И ркутского вычислительного центра ВСФ СО АН СССР и ИГУ под руководством профессора В. И. Гурмана созданы математические основы модели антропо-генного возмущения озера Байкал. Впрочем, математических моделей озера Байкал известно уже не меньше, чем предприятий и заведений, носящих его имя. А вот фактических данных, которые могут быть использованы для того, чтобы модели “работали” и давали прогнозы изменений, связанных с антропогснным воздействием, крайне мало.

В заметках В. Максимова и корреспондента “Восточки” Н. Маначинской (“ВСП” от 5 августа 1987 г.) критиковались проводимые нашей лабораторией эксперименты, направленные на получение таких данных, как загрязняющие воды озера. Что тут можно сказать?

Как известно, в Байкале сформировался уникальный комплекс новых организмов, которые лишь с большим трудом удается культивировать в условиях, отличающихся от байкальских. Поэтому со многими обитателями озера сегодня практически невозможно работать в лаборатории. Следовательно, для получения достоверной картины взаимодействия и взаимовлияния планктонных организмов озера с “возмутителями их спокойствия” эксперименты необходимо проводить в условиях, максимально приближенных к тем, что есть в Байкале. Для этого целесообразно использовать метод “изолированных объемов”, согласно которому в большие емкости из прозрачного пластика закачивают воду из изучаемого водоема вместе с содержащимся ц нем комплексом планктонных организмов. Затем емкости помещают в водоем и анализируют в течение длительного времени динамику численности организмов под влиянием изучаемых факторов. В такого рода экспериментах мы начали изучать влияние на байкальский планктон биогенных элементов (солей азота, фосфора) и фенольного загрязнителя — пирокатехина. Определения методами газожидкостиой хромофотографии показали, что в условиях проводимых опытов фенолы быстро разрушаются и на 2—3 день уже не обнаруживаются в экспериментальных емкостях. Такая методика широко применяется в экспериментальной гидробиологии. Так, с конца 50-х годов ее использовали в Тихом, Атлантическом, Индийском океанах, Средиземном, Балтийском, Северном и Черном морях, в озерах Седлице (ЧССР), Св. Георгия (Канада), Мичиган (США), Кирума (Латв. ССР), Иссык-Куль (СССР), в Онежском, Рыбинском, Учинском, Можайском водохранилищах. При этом исследователи ни разу не были обвинены в загрязнении воды. Дело в том, что в такого рода. опытах используются концентрации, близкие к предельно допустимым, а длительное экспонирование ведет к обезвреживанию загрязнителей. И все же на наши эксперименты был временно наложен запрет. Почему? Просто заслуженно обостренное внимание общественности к охране Байкала привело к тому, что люди, ответственные за контроль за соблюдением правил санитарно-водного законодательства, предпочитают перестраховаться, исходя из самых наилучших намерений, не хотят лишний раз поставить себя под удар. Запретить всегда проще, а главное — безопаснее. Но в этих запретах, думается, не больше осознанной заботы об озере, чем в запретах на прививки — заботы о больных. Да, прививка — ослабленный вирус болезни. Но ведь он вводится в организм, чтобы предотвратить большую беду. Да, исследователи держат в озере слабые концентрации вредных веществ в очень ограниченном количестве, но лишь для того, чтобы определить пути его защиты и самозащиты. Не имея права на подобные, исследования, нельзя будет с точностью сказать: вот такой объем хозяйственной деятельности опасен, и остановить занесенную над озером руку хозяйственника.

Впрочем, после долгих согласовании мы получили разрешение на эти опыты от областной СЭС (пришлось согласовывать сначала в Улан-Удэ, затем в Иркутске, после этого в Москве, снова в Иркутске и опять в Москве. Естественно, все это время эксперименты не ставились и полевой сезон пропал). А результаты таких опытов необходимо иметь как можно скорее, так как они необходимы и для принятия решений по таким вопросам, как переброс сточных вод БЦБК в р. Иркут, пут)и снижениям ближайшее время негативного влияния сбросов БЦБК на озеро и т. п. И последний штрих к этой части дискуссии. Когда заметка уже была отослана в редакцию, вышло постановление ГКНТ при СМ СССР о выделении дополнительного финансирования с целью оценки взаимодействия основных загрязнителей и важнейших биотических и аби-отических компонентов экосистемы оз. Байкал и создания математической модели антропогенной динамики озера.

Теперь насчет элодеи, в распространении которой на Байкале нас упрекают в этих Же выступлениям газеты. Действительно, ее экспансия озера не может не вызывать серьезную озабоченность. Именно поэтому в нашем институте под руководством кандидата биологических наук Л. А. Ижбол-диной в течение ряда лет проводится картирование ее распространения по акватории Байкала. В нашей лаборатории изучается эффект на рост элодеи самых различных факторов среды, которые могут оказать влияние на ее развитие и лимитировать рост этого растения в сланном море. Для того, чтобы сделать более выгодным изъятие элодеи из водоема, мы проводим разработки по выявлению возможностей практического использования элодеи. Эти разработки уже защищены несколькими авторскими свидетельствами, хотя до рентабельности операции элиминирования элодеи еще далеко.

Ваш корреспондент и наш сотрудник в своих заметках утверждают, что элодею в Б. Коты завезли ученые. Доказательства “сам видел”, как говорит один водолаз, звучат, мне думается, не. совсем убедительно. На первый взгляд, более весом упрек В. Максимова, который обвиняет непосредственно меня в том, что элодея появилась в Б. Котах. Однако знают ли читатели, что в рапорте, написанном на мое имя, он обвинял в засорении элодеей бухты Б. Коты совершенно другого заведующего лабораторией? Оба автора при этом называют элодею водорослью, хотя еще из школьного курса известно, что она — цветковое растение.

В. Максимов утверждает, что элодея может завоевывать новые пространства только с помощью человека. Ни рыбы, ни птицы, ни транспорт не могут быть ее переносчиками. Так, например, документально зафиксировано, что на всех огромных акваториях южного Байкала элодея в массе развилась только в одной-единственной бухте Большие Коты на западном побережье.

Заметим, что никто ранее подобной точки зрения не высказывал. Наоборот, обширная литература по элодее утверждает обратное. Например, в Биологическом словаре (1986 г.) сказано, что элодея “размножается обрывками побегов, которые разносятся судами, птицами, течением”. Именно эта особенность позволила элодее, переправившись через океан, завоевать водоемы Европы, Азии и Австралии, именно за это ее и называют водяной чумой, однако не чумой XX века, как ее именуют корреспондент и наш сотрудник. Ведь это все же не рак, не СПИД и не инфаркт. Сегодня элодея обнаружена во многих самых разных районах Байкала, но интенсивное ее развитие наблюдается только в хорошо закрытых от сильного волнового действия, прогреваемых бухтах и заливах. Именно по этим причинам элодея так прекрасно себя чувствует в бухте Б. Коты, а не потому, что ее нет в других акваториях южного Байкала. Она есть и в районе поселка Лиственничного, порта Байкал и в Голоустном, т. е. во всех акваториях, близких к Б. Котам.

Наука не раз слышала обвинения во “вредоносных” экспериментах. Однако, критикуя ее исследования, надо постоянно помнить, сколько раз она спасала и людей, и природу от, казалось бы, неразрешимых проблем. Сегодня на повестке дня гигантская задача — обезопасить Байкал. И исследователи должны и обязаны заниматься разработкой конкретных путей решения этих "вопросов, а не запутывать еще более ситуацию, прикрываясь громкими фразами.

Возможно, еще вчера публикация в одном издании противоречащих друг другу суждений по одному вопросу была бы неуместной. Но сегодня это представляется нам вполне естественным. Плюрализм мнений, о котором шла речь на встрече М. С. Горбачева с руководителями средств массовой информации, предполагает и даже требует, чтобы общественность знала все точки зрения специалистов по наиболее волнующим ее вопросам, в том числе и по вопросу, какая научная деятельность допустима сегодня на Байкале. Знала и могла бы более взвешенно и трезво делать свои выводы —- кто, как и чем помогает или вредит сегодня озеру. Так что обсуждение разных взглядов и идей, в том числе и не согласных с нашей собственной позицией, мы считаем вполне нормальным. Будем это делать и впредь.

Д. СТОМ,
зав. лабораторией водной токсикологии,
доктор биологических наук

ОТ РЕДАКЦИИ: Как видно из выступления зав. отделом НИИ биологии при Иркутском университете Д. Стома, он опровергает опубликованные в нашей газете ранее заметки сотрудника этого же учреждения, кандидата биологических наук В. Максимова и нашего корреспондента Н. Маначинской, содержащие критику в адрес проводимых им исследований.

Не совсем нормальным в этой истории видится иное: далеко не все вопросы, оказавшиеся на гребне полемики между двумя сотрудниками НИИ биологии, как нам думается, заслуживают широкой публичной экспертизы на страницах печати. К примеру, вопрос о том, что есть элодея —водоросль или цветковое растение и каковы пути ее миграции как биологического вида. Доктор Д. Стом упрекает нашего корреспондента в незнании, говоря, что вслед за В. Максимовым она назвала элодею водорослью. Но стоит ли от журналиста требовать хрестоматийной точности там, где сами профессионалы, как видно из их полемики, не могут прийти к единому понятию?

Едва ли широкой читательской аудитории будет любопытно разбираться в особенностях профессиональных дефиниций, и вряд ли она сможет это делать. Для выяснения сугубо специальных истин существуют иные, более узкие трибуны — ученый совет института, например, научные семинары, конференции. И вызывает недоумение, отчего коллеги,из двух близких по профилю лабораторий не могут разрешить свои чисто профессиональные разногласия в стенах собственного университета. Не оттого ли, что там не очень озабочены созданием морального климата, способствующего научному творчеству? Хотелось бы думать, что это не так.

© "Восточно-Сибирская правда"
Перейти на главную страницу:	ИрГТУ	библиотеки	проекта